Статья 339. Содержание вопросов присяжным заседателям

Опубликовано 07-02-2011

1. По каждому из деяний, в совершении которых обвиняется подсудимый, ставятся три основных вопроса:

1) доказано ли, что деяние имело место;

2) доказано ли, что это деяние совершил подсудимый;

3) виновен ли подсудимый в совершении этого деяния.

2. В вопросном листе возможна также постановка одного основного вопроса о виновности подсудимого, являющегося соединением вопросов, указанных в части первой настоящей статьи.

3. После основного вопроса о виновности подсудимого могут ставиться частные вопросы о таких обстоятельствах, которые влияют на степень виновности либо изменяют ее характер, влекут за собой освобождение подсудимого от ответственности. В необходимых случаях отдельно ставятся также вопросы о степени осуществления преступного намерения, причинах, в силу которых деяние не было доведено до конца, степени и характере соучастия каждого из подсудимых в совершении преступления. Допустимы вопросы, позволяющие установить виновность подсудимого в совершении менее тяжкого преступления, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

(в ред. Федерального закона от 29.05.2002 N 58-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

4. В случае признания подсудимого виновным ставится вопрос о том, заслуживает ли он снисхождения.

5. Не могут ставиться отдельно либо в составе других вопросы, требующие от присяжных заседателей юридической квалификации статуса подсудимого (о его судимости), а также другие вопросы, требующие собственно юридической оценки при вынесении присяжными заседателями своего вердикта.

(в ред. Федерального закона от 29.05.2002 N 58-ФЗ)

(см. текст в предыдущей редакции)

6. Формулировки вопросов не должны допускать при каком-либо ответе на них признание подсудимого виновным в совершении деяния, по которому государственный обвинитель не предъявлял ему обвинение либо не поддерживает обвинение к моменту постановки вопросов.

7. Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, ставятся в отношении каждого подсудимого отдельно.

8. Вопросы ставятся в понятных присяжным заседателям формулировках.

Комментарий к статье 339

1. Содержание и сущность трех основных вопросов, подлежащих разрешению коллегией присяжных заседателей, идентичны вопросам, содержащимся в п. п. 1, 2, 4 ч. 1 ст. 299 УПК, которые разрешаются профессиональными судьями при отправлении правосудия в общем порядке (см. коммент. к ст. 299).

2. Указание закона о том, что по каждому деянию, в совершении которого подсудимый обвиняется государственным обвинителем, ставятся три основных вопроса, не означает, что по каждому обвинению необходимо поставить именно три указанных вопроса. Вопросов может быть как больше, так и меньше. Важно, чтобы в них были отражены все существенные элементы того состава преступления, которое вменяется в вину подсудимому. Такое требование продиктовано заботой о том, чтобы присяжные тщательно и последовательно обсудили эти вопросы, что особенно важно в тех случаях, когда та или иная часть вопроса о виновности оспаривается защитой. Поэтому вопрос о том, ограничиться ли постановкой одного главного вопроса о виновности подсудимого или расчленить его на основные составляющие элементы, зависит от специфики каждого конкретного дела и от того, что в данном деле оспаривается. В ряде случаев выделение вопроса о том, имело ли место соответствующее деяние без упоминания о субъекте, совершившем это деяние, просто невозможно (например, по делам о взятке, по большинству должностных преступлений). Выделение вопроса о том, имело ли место деяние, всегда обязательно в двух случаях: а) когда оспаривается само событие преступления; б) когда по делу заявлен гражданский иск и имеются основания для оправдания подсудимого, не исключающего возможность удовлетворения иска.

Выделение второго вопроса (доказано ли, что подсудимый совершил то-то…) всегда обязательно в том случае, если имеются обстоятельства, исключающие уголовную ответственность даже при доказанности совершения подсудимым запрещенного уголовным законом деяния (например, наличие данных о необходимой обороне по делам об убийстве).

Поскольку вопрос о виновности подсудимого в любом случае должен быть поставлен, то при указанных выше обстоятельствах следует предупредить присяжных, что при положительном ответе на предыдущий вопрос (об обстоятельствах, исключающих уголовную ответственность) они должны либо ответить «не виновен», либо оставить вопрос о виновности без ответа.

Если отсутствуют обстоятельства, исключающие уголовную ответственность, и не оспаривается событие преступления, то возможна постановка одного главного вопроса о виновности подсудимого, в котором должны найти отражение все существенные элементы того состава преступления, в котором обвиняется подсудимый.

3. Постановка частных вопросов после ответа на вопрос о виновности подсудимого продиктована, чаще всего, сложным характером некоторых составов преступлений. Особенно в этом отношении показателен состав убийства (простое, квалифицированное, при превышении пределов необходимой обороны, в состоянии сильного душевного волнения). Поэтому, когда, например, при обвинении в квалифицированном убийстве защита оспаривает квалифицирующий признак, целесообразно из вопроса о виновности в том преступлении, в котором подсудимый обвиняется государственным обвинителем, вычленить этот признак и поставить о нем отдельный частный вопрос. Равным образом, если подсудимый обвиняется в убийстве, а защита настаивает на том, что оно было совершено в состоянии сильного душевного волнения и данные судебного следствия дают для этого основания, должен быть в качестве частного поставлен и вопрос о тех фактических обстоятельствах, которые свидетельствуют о наличии состояния сильного душевного волнения.

В качестве частных могут ставиться и вопросы о наличии обстоятельств, предусмотренных ст. ст. 61, 63 УК, за исключением тех, которые не входят в компетенцию присяжных (например, совершение преступления впервые, совершение преступления лицом, ранее совершившим какое-либо преступление).

Когда речь идет об обстоятельствах, увеличивающих степень ответственности, нужно иметь в виду правило о запрете изменения обвинения в худшую для подсудимого сторону.

4. Присяжные заседатели, будучи простыми гражданами, могут отвечать только на вопросы о доказанности или недоказанности фактических обстоятельств дела, а не об их юридической оценке. Под юридической или уголовно-правовой оценкой фактов понимается, например, оценка нанесенного ущерба как существенного, оценка занимаемой должности как ответственного должностного положения, оценка тех или иных сведений как содержащих государственную тайну и т.п.

Вопрос о юридической оценке фактов относится к компетенции профессионального судьи, и споры по этим вопросам должны иметь место после вынесения присяжными вердикта, в котором они признают доказанными или недоказанными соответствующие фактические обстоятельства. Поэтому перед присяжными не только нельзя ставить отдельные вопросы о правовой оценке фактов (например, совершено ли убийство с особой жестокостью), но нельзя, чтобы такого рода вопросы включались в качестве составляющих в другой, более общий вопрос (например, в вопрос о событии преступления: «Доказано ли, что такого-то числа, в таком-то месте потерпевшая К. была лишена жизни с особой жестокостью?»).

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении N 9 разъяснил, что недопустима постановка вопросов с использованием таких юридических терминов, как «умышленное» или «неосторожное убийство», «умышленное убийство с особой жестокостью», «умышленное убийство из хулиганских или корыстных побуждений», «умышленное убийство, совершенное в состоянии сильного душевного волнения», «убийство при превышении пределов необходимой обороны», «изнасилование», «разбой» и т.п.

Вопросы должны ставиться в понятных присяжным заседателям формулировках.

5. Вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, ставятся отдельно по каждому преступлению, в котором обвиняется подсудимый, а если подсудимых несколько, то отдельно в отношении каждого подсудимого.

6. Вопросы о снисхождении ставятся после вопроса о виновности и частных вопросов, если они будут поставлены.

В отличие от ранее действовавшего законодательства, вопрос об особом снисхождении перед присяжными не ставится.

Если подсудимых несколько, то на каждого подсудимого нужно либо составлять отдельный вопросный лист, либо поставить вопросы в этом же листе, но под продолжающейся нумерацией.

Если подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, образующих реальную совокупность, вопрос о том, заслуживает ли он снисхождения, должен ставиться применительно к каждому деянию, в совершении которого подсудимый может быть признан виновным. В случаях, когда подсудимый обвиняется в совершении одного преступления, а также когда одно деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, содержит признаки нескольких преступлений (идеальная совокупность), перед присяжными заседателями должен ставиться один общий вопрос о снисхождении (ч. ч. 1 и 2 п. 19 Пост. Пленума Верховного Суда РФ N 9).